Испокон веков в нашем обществе утвердилось мнение, что мужчины созданы для войны, а женщины, чтобы дарить жизнь. Так уж заведено. И не поэтому ли война для женщины и ее нахождение в зоне боевых действий противоестественно? Но, как показывает история, роль слабого пола в последних войнах человечества была и остается колоссальной. Будь то Великая Отечественная, афганская или спецоперация на Украине.

Сегодня, 15 февраля, ровно 35 лет, как последний солдат Ограниченного контингента Советских войск покинул территорию Демократической Республики Афганистан. На протяжении почти 10 лет Советский Союз пытался строить нормальную жизнь в стране, которая находилась в глубоком Средневековье, заплатив за это высокую цену. Советский Союз потерял свыше 10 тысяч солдат и офицеров. Даже сам Панджшерский лев полевой командир Ахмад Шах Масуд, с особым ожесточением воевавший против нас, спустя десятилетия согласился с тем, что в период нахождения шурави в Афганистане здесь строили дома, школы, детские сады, больницы, магазины, кинотеатры, сеяли хлеб, а после прихода американцев – здесь стали сеять смерть.

У воинов-интернационалистов со службой в Афгане связаны особые воспоминания. Совсем еще юные мальчишки, которые в свои 19–20 лет стали взрослыми мужчинами, были вынуждены проходить через огромные лишения. Гибель близких друзей, однополчан, тяжелые инфекционные заболевания, непривычный климат, враждебное отношение местного населения – все это закаляло их дух, не сломило, превратив в особый слой населения – боевое афганское братство, ставшее неотъемлемой частью их жизни.

Нелегкие воспоминания об Афганистане и у нашей землячки – жительницы с. Михайловского Тамары Гурциевой. Два года, с 1983 по 1985-й, она провела в Шинданде провинции Герат. Это было одно из самых жарких мест в Афганистане. Попала в ДРА Тамара совсем молодой, на тот момент ей было 25 лет. Работала она в райвоенкомате, куда пришел наряд на отправку в зону боевых действий. Требовались специалисты на различные гражданские должности. Тамару по приезду в Шинданд назначили заведующей складом.

"Наша группа вылетела из Минеральных Вод в Ташкент, а оттуда в Герат. Поразили условия, в которых жили местные жители, и даже больше – невозможность их создания. Посреди пустыни стоял населенный пункт, где не было нормальной воды. Днем невыносимо жарко, ночью очень холодно. Тяжело было привыкать. Но я себе сказала: раз уж приехала, надо выстоять до конца", – рассказывает Тамара.

Заведующей складом девушка работала недолго. Через три месяца она, как и многие другие, переболела брюшным тифом в тяжелой форме: "Помню, как очень сильно потела, а к утру на подушке волосы лежали клочьями. Я вся облысела, как после химиотерапии. Похудела. С трудом узнавала себя в зеркале. В госпитале мы получали очень хорошее лечение, и вскоре я пошла на поправку. После выписки меня, естественно, к работе на складе не допустили, так как там были пищевые продукты, и назначили кастеляншей".

Условия, в которых жили гражданские в части, были неплохими. Комнаты светлые, рассчитаны на двух жильцов. Девушки сами как могли создавали в них уют. Санузла и ванной не было, но три раза в неделю проводились банные дни. Что касается питания, то после свежих домашних продуктов и питьевой воды из артезианских источников из-под крана сельской девушке трудно было привыкать к здешнему рациону. "Все продукты были консервированными. И картошка, и морковь, и свекла, и лук. Все к нам поступало в банках. Но человек привыкает ко всему. Помню, иногда очень хотелось поесть сладкого. И тогда я готовила торт из печенья, которым баловала и окружающих".

Но не так были страшны бытовые проблемы, как боль от потери близких. А близкими на войне становятся все. Война сближает настолько, что каждый там вместо брата, вместо сестры, отца, матери: "Самое страшное было ждать. Ждать, когда ребята вернутся с боевого задания. И это ожидание растягивалось надолго. Вы знаете, радость от того, что все вернулись живыми, ни с чем не сравнима. Так же и боль от потерь. Страшно было смотреть на наших парней, лишившихся ног-рук в боях. Невыносимо больно было переживать их гибель. Сегодня многие говорят, что это была бессмысленная война, ничем не оправданная. Но в тот момент никто так не думал. За время моего пребывания в Афганистане ни у одного солдата не было сомнений в необходимости его нахождения в зоне боевых действий. Родина позвала, а они, оставаясь верными данной присяге, с честью выполняли свой воинский долг. Храбрость и смелость их не знала границ. Об их героизме можно снимать многосерийные фильмы".

Очень теплые воспоминания у Тамары и об отношении мужчин к женскому полу: "Вопреки всеобщему мнению никогда никто из наших сослуживцев не позволил себе неуважительного отношения к работающим в части женщинам. Несмотря на то, что все были молоды, кровь кипела, беспредела, как многие себе тогда представляли, не было. Как и командование, так и рядовой состав не позволяли себе ничего лишнего. Были случаи, когда люди влюблялись, даже семьи создавались. Если кто-то себя неподобающе вел, их "ссылали" в Герат, по сравнению с которым Шинданд был санаторием”.

Как вспоминает Тамара, тоска по родному краю иногда становилась очень острой. Преодолевать ее помогали земляки-осетины: "Вместе со мной в части служили Тотраз Закаев из Ставд-Дорта и Альберт Зозиров из родного Михайловского, с которыми и после Афгана я поддерживала очень теплые отношения. Их призвали сразу после института. Они год проходили учения в Ташкенте, потом их направили в Афганистан. Был и капитан Бибо Батыров, о котором ходили легенды. Конечно, особо тяжело было, когда свои, осетины, уходили на задания. Бибо постоянно принимал участие в боевых действиях. Как-то он с группой солдат ушел на очередное задание, и больше я его не видела и ничего о нем не слышала. Было очень тяжело осознавать, что Бибо погиб. Но три года назад ко мне подошел мужчина с вопросом, не была ли я в  Афганистане? Я ответила, что была. Он расспросил меня о месте и времени моего пребывания там и уточнил, не знала ли я Бибо Батырова. Я ответила: “Конечно, знала! Это же был наш самый главный боевик”. Тогда он сказал, что он и есть Бибо. Радости моей не было предела. Представьте, столько лет я считала его погибшим! Он очень изменился. Множество ранений и контузий оставили на нем свой неизгладимый след".

Сейчас Тамара работает в администрации родного села инспектором военно-учетного стола. За все время работы через ее руки прошло много парней, которые ушли служить в ряды Вооруженный Сил Российской Федерации. Не прошла мимо нее и спецоперация на Украине. Многие ее односельчане были призваны в период мобилизации, некоторые ушли добровольцами. И каждый из этих ребят по-особому дорог Тамаре. "Мы все гордимся героическими подвигами своих земляков. И сегодня, как и тогда, в Афганистане, очень тяжело ждать своих ребят с зоны боевых действий. Но все они сражаются, как и тогда, как львы. От всей души хочется пожелать им солдатской удачи и скорейшего возвращения домой. Пусть каждая мать обнимет своего сына живым и здоровым".

Да, война – не женское дело, но благодаря таким, как Тамара Гурциева, легче было переживать все трудности и лишения, выпадавшие на долю воинов-интернационалистов. Как признаются сами афганцы, осознание того, что тебя в части ждут и переживают родные люди, придавало сил, мужества, стремления выстоять любой ценой, чтобы вернуться. Низкий поклон каждой женщине-воину – медработникам, поварам, заведующим складами, аптекарям, дукандоршам, парикмахерам, прачкам и всем-всем, кто своей работой и добрым человеческим отношением давал этим молодым ребятам надежду на возвращение, дарил теплоту сердца, поддерживал в трудных ситуациях. Этим вы спасли не одну жизнь, еще раз выполнив свое предназначение.

Светлана ДЗУСКАЕВА

(Фото из личного архива

Тамары Гурциевой)